Диалоги "о жизни", 19 Декабря 2017, 08:05

Жизнь по взрослому

У меня было отличное настроение, пока мне его не испортила хозяйка. Явилась, чтобы поставить ультиматум: «Жду денег до пятницы, не заплатите — освобождайте жилплощадь!»

Мы с Глебом клятвенно заверили хозяйку, что заплатим.

— Черт, — ругнулся мой бойфренд, как только за ней закрылась дверь. — Где ж нам бабки достать?

— Вообще-то у меня завтра переговоры по поводу фотосессии. Как раз перед приходом старой карги звонили, приглашали... — поделилась я новостью.

— Не спасает, — покачал головой Глеб. — Даже если пройдут успешно, деньги ты получишь не скоро.

— Ну да... А у тебя что?

— Зарплату задерживают. Начальство обещает, что будет, но когда именно...

Все как всегда. Мы с Глебом уже два года жили вместе, и за это время ему еще ни разу не выдали зарплату вовремя и полностью. Трудился мой друг в какой-то шарашкиной конторе в должности приходящего сисадмина. С его задатками компьютерного гения мог найти более высокооплачиваемую работу, но когда я однажды об этом заикнулась, он посмотрел на меня, как на врага народа.

— Здесь у меня свободный график: прибежал на пару часов, сервак проверил, чайникам «железо» от вирусов почистил — и свободен. А сидеть в фирме от звонка до звонка — да ни за какие деньги! Насколько я знаю, ты по образованию бухгалтер, но ведь не корпишь над дебетом и кредитом?

Эту карту мне решительно нечем было крыть, и впоследствии к теме смены работы больше не возвращались.

— Не припомню, чтобы Глебу вовремя и полностью выплатили зарплату. Дурацкое место работы!

Надо сказать, жили мы весело: зависали в клубах, путешествовали на мотоцикле, тусовались с байкерами — друзьями Глеба. Единственная проблема — вечное безденежье. Правда, бывали у нас и периоды финансового взлета. Например, когда мне платили гонорар за очередную фотосессию или бойфренд подряжался на халтуру — сделать для солидного заказчика компьютерную программу. Впрочем, такие взлеты бывали нечастыми и кратковременными...

— Может, одолжишь бабки у сестры? — помолчав, спросил любимый.

— Не знаю... Ладно, утро вечера мудренее. Ты — как знаешь, а лично я в душ и спать. Завтра должна хорошо выглядеть, сам понимаешь.

— Иди, — буркнул он. — А я тут еще посижу, покурю, подумаю...

Когда на следующее утро я собиралась на кастинг, Глеб еще дрых. Возле компьютера стояли пепельница, полная окурков, и три (!) грязные чашки с засохшей кофейной гущей на дне. Комп был не выключен, и я поелозила мышкой по коврику, чтобы посмотреть, чем мой бойфренд занимался полночи. Замерцал экран монитора, а на нем -мультяшная заставка какой-то компьютерной стрелялки с надписью в центре «Game over». Значит, не работал, а играл! Выходя из квартиры, я так сильно хлопнула дверью, что на пол посыпалась штукатурка. Вот ведь лентяй!

«Если с утра день не задался, то и потом все пойдет наперекосяк, — думала я в маршрутке. — Вряд ли на фотосессию утвердят мою кандидатуру...» И была не права — кастинг выиграла.

— Ну как твои успехи? — этим вопросом встретил меня Глеб с порога.

— Успехи есть, только... — вздохнула. — Короче, я им нужна в обнаженке!

— Не понял... — протянул парень.

— Не прикидывайся, — разозлилась я. — Мне предложили сняться для глянцевого журнала в стиле ню.

Он даже не спросил, согласилась ли я, очевидно, считал, что мой отказ — дело само собой разумеющееся. Только сказал: «Жаль, что меня там с тобой не было. Я бы этих козлов-эротоманов по стенкам размазал!» С одной стороны, мне было приятно, что Глеб готов постоять за мои честь и достоинство, но с другой... Денежный вопрос ведь так и не решен и, если мы ничего не придумаем, хозяйка выгонит нас из квартиры. И куда тогда денемся? Утром меня разбудил Глеб:

— Мариш, мне только что Саня звонил, просил помочь его байк полечить. Так что проторчу, наверное, в гараже до самого вечера.

— Скатертью дорожка, — буркнула недовольно. Нет, чтобы на работу съездить и поторопить начальство с зарплатой или по Интернету заказы на халтуру поискать — друзьям он, видите ли, мотоциклы ремонтирует! Бесплатно, разумеется.

— Увидев, чем Глеб занимался на компьютере, я разозлилась. Так хлопнула дверью, что штукатурка посыпалась

Через минуту после ухода Глеба в дверь позвонили. Я была уверена, что это он вернулся — забыл дома что-нибудь, но на пороге стояла подруга. Я обрадовалась.

Алиску я люблю уже хотя бы за то, что она никогда не приходит в гости по делу, а только просто так, потому что соскучилась. Естественно, покофейничали, поболтали о том о сем. Потом я в приступе откровенности рассказала своей подруге о предложенной фотосессии.

— Неужели ты отказалась? — воскликнула Алиса.

— Сказала, подумаю, — призналась я.

— И думать нечего! Солидный журнал. И платят там отлично, и фотки классные — не пошлятина, а Изысканная эротика.

— Понимаю, — покачала головой я. — Только все равно стремно...

Алиса посидела еще час, потом убежала, а у меня из головы все не шли ее слова. И так они меня зацепили, что отправилась в ближайший киоск — за журналом. Вернувшись, просмотрела его. Подруга была права: обнаженной натуры много, но все очень художественно и пристойно. Около семи вернулся Глеб. Я положила перед ним глянец.

— Это то издание, куда меня пригласили. Я вот думаю, а что, если все-таки...

— Чтобы моя девушка перед всей страной телесами светила?! — оборвал меня он. — Даже и не думай!

— А, по-твоему, лучше стать бомжами?!

— Уж лучше бомжами, — отрезал парень и ушел в ванную. Когда вышел, мы помирились: я призналась, что он прав, и вопрос посчитали закрытым. На следующий день (в четверг) ненаглядный ушел на мальчишник, вернулся под утро никакой, и в пятницу я с ним не разговаривала.

В пять позвонила хозяйка и напомнила, что истек срок оплаты и больше никаких поблажек не будет. Я зашла сообщить об этом Глебу и увидела, как он нервно дернулся, закрывая на мониторе компьютера какой-то файл. Но я успела заметить, что это фотографии.

— Что ты там от меня прячешь?

— Ничего особенного... — Глеб покраснел, а это верный признак, что он врет.

Я потребовала немедленно показать мне фотки. Он сопротивлялся, но я исхитрилась и сама кликнула мышкой, открывая окно. Глеб танцует с полуголой барышней. Обнимает двух брюнеток. Его целуют две брюнетки. Интересная подборка!

— Мы просто дурачились... Собственно, мальчишник в этом и заключается... — попытался оправдаться мой любимый.

— Да? В том, чтобы лапать танцовщиц?! Раз тебе плевать на мои чувства, то почему я должна... — не окончив фразы, быстро оделась и вышла из дому. Через полчаса была уже у сестры. Рассказала ей о своих проблемах и попросила денег взаймы.

— Как только заплатят за фотосессию, сразу же отдам, — пообещала Даше.

— Вообще-то мне очень не нравится, что ты решила согласиться на это предложение, — вздохнув, сказала она. — И то, как строишь отношения с Глебом, тоже не нравится. Но ты моя сестра, я люблю тебя. И денег одолжу, но в последний раз... Позволь дать совет. Ваша главная проблема в том, что ведете себя не как тридцатилетние люди, а как подростки. Мотоциклы, игры, ночные клубы... Стоит появиться деньгам, тут же спускаете их на всякую ерунду. Вечно в долгах... Даже не знаю, стоит ли вам жить вместе. Быть может, поодиночке каждый из вас станет более зрелым.

— Я и сама часто об этом думаю, — призналась сестре. — Но... Я не хочу без Глеба... Я его люблю. А он меня.

— Почему, в таком случае, у нас такие грустные глазки? — обняла меня Даша. — Это же замечательно, когда любишь и тебя любят! Но если собираетесь жить вместе, тогда вам обязательно нужно поговорить. Только без обычных хиханек-хаханек. Вернувшись домой, я позвала Глеба на кухню, попросила присесть, сама села напротив, чтобы видеть его глаза.

— Нам уже по тридцатнику, а мы живем как идиоты-тинейджеры. Ты считаешь, это нормально? — начала самый долгий и серьезный разговор из всех, что мы когда либо вели.

Выводы были сделаны следующие: мы любим, друг друга и хотим быть вместе. Но оба должны измениться. Я не буду делать фотографий в обнаженном виде, а Глеб продаст мотоцикл. Мы как можно скорее вернем все долги. Короче говоря, постараемся стать взрослыми людьми.

Показать полностью