Диалоги о жизни, 10 Августа 2018, 09:13

Железная дорога

Это случилось во время войны, в 1944 году. После освобождения от фашистов на прежде оккупированных территориях начали работать колхозы.

Сходи к гадалке

В один из летних дней мою маму и тетю Нюру, папину двоюродную сестру, бригадир послал работать далеко от дома, возле железной дороги. Я упросила их взять меня с собой. Мне было пять лет, но события того дня я запомнила так, будто это случилось вчера.

Запрягли коровку, лошадей в колхозе совсем не было, их унесла война. Дорога дальняя, восемь километров для коровы — большое расстояние, но она шла бодро, без понукания. Мама с тетей Нюрой вели неспешные разговоры. Мама жаловалась, что от мужа, моего папы Василия Емельяновича, давно нет писем, что она сильно переживает, а тетя Нюра ей советовала сходить к местной гадалке.

Побывал в аду

Мама ходила к ней, когда папа был на советско-финской войне. Тогда гадалка ей сообщила, что Василий жив и находится «на страшном суде», что он выдержит и останется живым. Папа пришел с советско-финской войны и рассказывал, в каком аду он побывал, какую страшную бойню выдержал. Ему приходилось по нескольку суток лежать, не двигаясь, на льду. Противник стрелял из минометов, беспрерывно работали снайперы, не давая поднять голову. Упадет мина, пробьет лед, а под ним — болотистая жижа, но отползти никуда нельзя, сразу прикончит снайпер. Много наших солдат было убито, а некоторые просто умерли от переохлаждения в ледяной жиже. Об этом папа рассказывал своим приятелям уже после Великой Отечественной войны. А я сидела на печке и слушала.

Состав с танками и пушками

Потихоньку мы доехали до места работы. Распрягли коровку, пустили пастись на лужайке. Мама с тетей Нюрой и другими женщинами взялись за работу. Они вручную обмолачивали гречиху и насыпали крупу в мешки. А мне, маленькой девочке, очень хотелось поближе увидеть железную дорогу, и я побежала к ней. Стала собирать камушки на откосах, смотрела, как проходили поезда: то с целыми вагонами, то с разбитыми, то с красными крестами. Один состав запомнился мне больше всех. Это был длинный поезд, мама потом сказала, что он шел на запад. На платформах стояли зачехленные танки и пушки. Около них было много солдат.

Тетя Нюра крикнула:

— Вера, смотри, вон папа поехал, помаши ручкой!

Я сняла платочек и долго махала солдатам. Они тоже махали мне, пока поезд не скрылся за посадками.

Мама произнесла:

— Жалко их, ведь многих поубивают. Женщины плакали, и я тоже.

Девочка с белым платком

В обед мы поели немного картошки с молоком, потом женщины снова пошли работать, нужно было все сделать до вечера. А мне было грустно и хотелось есть. Я стала плакать. Тетя Нюра спросила:

— Вера, чего ты плачешь?

Я ответила:

— Есть хочу.

Она порылась в своей сумке, достала большой желтый огурец, протянула мне:

— На тебе огурчик.

Но я сказала, что не хочу огурец, а хочу хлеба.

Работали допоздна, затем погрузили зерно на повозку, меня посадили на нее, а женщины шли пешком. Зерно сгрузили в колхозной кладовой и приехали домой. Мама еще ходила доить корову и предложила мне молока, но я так устала, что заснула без ужина.

Так кончился очередной каторжный рабочий день у мамы и других женщин. А мне он запомнился на всю жизнь, особенно большой длинный состав и солдаты, машущие мне.

Мой отец в это время уже воевал в Восточной Пруссии. Спустя какое-то время от маминого племянника пришло письмо. Он писал, что проезжал с эшелоном мимо родных мест и видел, как около нашего разъезда стояла маленькая девочка и махала белым платочком, а недалеко в поле трудились женщины. Этот день совпал с тем, когда я была возле железной дороги.

Показать полностью
Городецкая Инга, 04 Сентября 2018, 12:52
Это было страшное время ... Хотелось бы, что бы таких рассказов было больше, так как еще чуть чуть и живых свидетелей тех времен не останется.